ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ НАГРУЗКИ НА ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ ТАМОЖЕННЫХ ОРГАНОВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ПРОБЛЕМЫ И ПЕРСПЕКТИВЫ ОПТИМИЗАЦИИ
LEGAL REGULATION OF THE WORKLOAD ON CUSTOMS OFFICIALS OF THE RUSSIAN FEDERATION: PROBLEMS AND PROSPECTS FOR OPTIMIZATION
УДК 342
|
ГУБЕНКО Ирина Артемовна
|
|
GUBENKO Irina Artemovna
|
|
Аннотация. В статье проводится анализ правового регулирования нагрузки на должностных лиц таможенных органов. Выявляются его ключевые проблемы: декларативный характер обязанностей, размытость критериев «служебной необходимости», ведущие к хроническим переработкам. Обосновывается наличие коррупциогенных факторов, обусловленных широкими дискреционными полномочиями руководителей при распределении нагрузки. Предложены рекомендации по совершенствованию законодательства и подзаконного регулирования. |
Abstract. This article analyzes the legal regulation of customs officials' workload. Key issues are identified: the declarative nature of duties and the vagueness of "official necessity" criteria, leading to chronic overtime. The article substantiates the existence of corruption-promoting factors stemming from the broad discretionary powers of managers in distributing workloads. Recommendations for improving legislation and bylaws are offered. |
|
|
Ключевые слова: нагрузка; должностные лица таможенных органов; таможенная служба; должностной регламент; коррупционные риски. |
Keywords: workload; customs officials; customs service; job description; corruption risks. |
Понятие «нагрузка» в нормативных правовых актах Российской Федерации, регулирующих отношения, возникающие в связи с прохождением граждан службы в таможенных органах (далее – ТО), напрямую не определено. Оно складывается из совокупности обязанностей, ответственности, объема задач, сложности операций и временных затрат, возложенных на должностное лицо таможенного органа (далее – ДЛТО). Регулирование вопросов прохождения службы в таможенных органах осуществляется комплексом нормативных правовых актов разных уровней.
В силу части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 г.) международно-правовые нормы таможенного права, являясь частью правовой системы, имплементированы в национальное законодательство.
Международная конвенция от 18 мая 1973 года «Об упрощении и гармонизации таможенных процедур в редакции Протокола о внесении изменений в Международную конвенцию об упрощении и гармонизации таможенных процедур от 26 июня 1999 года» представляет собой фундаментальный международный инструмент Всемирной таможенной организации (ВТамО), задающий стандарты для современных, эффективных и предсказуемых таможенных процедур. Одной из ключевых целей Конвенции является снижение излишней административной нагрузки как на участников внешнеэкономической деятельности, так и на самих должностных лиц таможенных органов. Нормы Пересмотренной Киотской конвенции представляют собой комплексную систему мер, направленных на радикальное снижение неэффективной нагрузки на ДЛТО. В качестве основных инструментов упрощения и гармонизации таможенных процедур Конвенция предлагает максимальную автоматизацию процессов таможенных операций, определяя, что автоматизация (электронное декларирование, автоматизированная система управления рисками, электронные платежи) берет на себя огромный пласт рутинных операций (проверка формальных требований, расчет платежей, присвоение статусов и т.д.), освобождая ДЛТО для аналитической и контрольной работы, требующей интеллектуальных усилий. Следует согласиться с мнением о том, что результатом такой автоматизации стала возможной реализация цифровизации деятельности таможенных органов. [4 с. 23]
Из анализа положений Конвенции следует, что упрощение и гармонизация таможенных процедур требует от таможенных администраций постоянно пересматривать и упрощать процедуры. Это напрямую снижает сложность и количество рутинных операций, выполняемых ДЛТО. Четкие, справедливые и доступные процедуры обжалования решений снижают конфликтную нагрузку на ДЛТО и минимизируют необходимость постоянного обоснования рутинных решений.
Следует констатировать, что анализируемый международно-правовой акт не содержит в себе норм, определяющих пределы распределения нагрузки на ДЛТО в рамках структурного подразделения лицами, уполномоченными ex officio на такое распределение.
Представляется, что реализация транслируемых Конвенцией норм позволяет перейти от модели «всеобъемлющего контроля всего» к модели «интеллектуального контроля на основе рисков», что не только повышает эффективность таможенного администрирования и содействует активизации внешнеэкономической деятельности, но и кардинально меняет характер работы ДЛТО: от рутинного «надсмотрщика» к аналитику и аудитору, чьи профессиональные навыки используются более рационально и эффективно, что напрямую снижает чрезмерную нагрузку на ДЛТО и способствует повышению качества таможенных услуг в целом. Успешная имплементация Международной конвенции об упрощении и гармонизации таможенных процедур в национальное законодательство – ключ к современной, технологичной и человеко-ориентированной таможенной службе.
Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (приложение N 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза) (далее – ТК ЕАЭС), устанавливает общие принципы таможенного регулирования, права и обязанности таможенных органов в целом. Задает рамки для деятельности ДЛТО, что косвенно влияет на объем и сложность выполняемых ими функций (например, требования к таможенному контролю, декларированию). Хотя ТК ЕАЭС напрямую не содержит термина «нагрузка» или показателей производительности труда ДЛТО, его нормы создают правовую среду, оказывающую значительное комплексное влияние на рабочую нагрузку ДЛТО. В процессе анализа указанных норм таможенного права выявлены ключевые паттерны, формирующие эту нагрузку: таможенное регулирование в Таможенном Союзе основывается на принципах равноправия лиц при перемещении товаров через таможенную границу Союза, четкости, ясности и последовательности совершения таможенных операций, гласности в разработке и применении международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и их гармонизации с нормами международного права, а также на применении современных методов таможенного контроля и максимальном использовании информационных технологий в деятельности таможенных органов.
Эффективность деятельности таможенных органов, а также достижение целей таможенного регулирования с наименьшими затратами, на которые ориентируют указанные принципы, создают постоянное давление на ДЛТО в силу оптимизации процессов, часто в условиях ограниченных ресурсов и времени. Обязательность в деятельности ДЛТО требует безусловного соблюдения норм ТК ЕАЭС и законодательства государств-членов ЕАЭС, что, впрочем, имманентно норме права безотносительно предмета регулирования, однако, полагаем, такое требование налагает высокую ответственность за каждое действие (или бездействие) ДЛТО в период нахождения на службе в ТО, в частности, в процессе выполнения их должностных обязанностей. Принцип оперативности, требующий своевременного совершения таможенных операций и принятия решений в повседневном выполнении должностных обязанностей в сжатые сроки, по нашему мнению, является прямым драйвером нагрузки на ДЛТО. Принцип сотрудничества и взаимодействия, предполагающий взаимодействие с другими контролирующими органами и участниками ВЭД, увеличивает объем коммуникаций и координации, что тоже непосредственно отражается на нагрузке на ДЛТО.
Следует отметить, что предусмотренные статьей 322 ТК ЕАЭС формы таможенного контроля по сути являются максимизаторами нагрузки на ДЛТО и требуют значительных временных затрат, компетентности и внимания ДЛТО. Безусловно, следует согласится с мнением о том, что несмотря на отмеченное выше, информационные технологии позволяют сократить время проведения таможенного контроля, затрачиваемые материальные ресурсы, стимулируя объем перемещаемых участниками ВЭД товаров и транспортных средств через границу таможенного союза ЕАЭС [1, С. 192]. Более того, мероприятия по автоматизации деятельности ДЛТО способствуют созданию устойчивой основы для формирования нового облика таможенной службы РФ [2, С. 45].
Несмотря на то, что выборочность и риск-ориентированный подход к таможенному контролю призван снизить нагрузку на ДЛТО за счет концентрации на рисках, его эффективная реализация требует качественного анализа больших объемов данных, грамотного применения профилей рисков, принятия обоснованных решений о выборе объекта, а также интенсивности контроля. Необходимость документирования оснований для принятия решений (особенно при отказе от досмотра) само по себе создает значительную когнитивную и административную нагрузку на ДЛТО. Так, например, таможенная проверка (статья 331 ТК ЕАЭС), а в значительной степени – выездные проверки (статья 333 ТК ЕАЭС), по сравнению с камеральными (статья 332 ТК ЕАЭС), требуют огромных трудозатрат на подготовку, проведение (включая изъятие документов, опрос лиц) и оформление результатов и их последующее администрирование. Сжатые сроки для принятия решений по результатам проверки по сути представляют собой элемент давления на ДЛТО в процессе исполнения ими должностных обязанностей. Так, по нашему мнению, установленные сроки совершения таможенных операций представляют собой ключевой фактор нагрузки на ДЛТО (например, сроки выпуска товаров в соответствии со статьей 119 ТК ЕАЭС) рождают необходимость принимать решения (включая сложные) в условиях цейтнота, постоянное ощущение «гонки на время», высокий риск ошибки из-за спешки, невозможность углубленного анализа в рамках отведенного времени.
Высокая персональная ответственность, риск дисциплинарных взысканий за ошибки, необходимость принимать решения в условиях неопределенности и дефицита времени создают значительный стресс; установленная частью 4 статьи 352 ТК ЕАЭС уголовная и административная ответственность заставляют ДЛТО действовать с максимальной осторожностью, многократно перепроверять данные и решения, что существенно увеличивает время, затрачиваемое на каждую операцию, и психологическую нагрузку на них ( так называемый «страх ошибки»). Следует согласиться с мнением о том, что психологическая подготовка ДЛТО является важным фактором для оптимизации их деятельности [5, С. 62].
Объем и сложность информации, определяемой статьями 104 и 105 ТК ЕАЭС (проверка комплектности, достоверности, логической согласованности, соответствия законодательству, классификация товаров по товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности, определение страны происхождения товаров, исчисление таможенных платежей), требует глубоких знаний, постоянного обучения и значительных временных затрат на анализ. Постоянная необходимость принимать решения о применении мер управления рисками на основе неполной или противоречивой информации порождает высокую когнитивную нагрузку на ДЛТО.
Высокая нагрузка на ДЛТО – это не только следствие действия норм ТК ЕАЭС, но и ненадлежащего в ряде случаев уровня кадровой обеспеченности таможенных органов; недостаточного уровня их технической оснащенности; невысокой эффективности межведомственного электронного взаимодействия; низкого качества подготовки и переподготовки кадров и организации рабочих процессов внутри таможенного органа. Нормативное закрепление дифференциации сроков выпуска в зависимости от сложности декларации на товары и ее рисков (при сохранении общего принципа оперативности), развитие интеллектуальных систем предварительного и последующего контроля, автоматическая проверка документов и расчет платежей, интеграция с базами данных других государственных органов, а также повышение качества профилей рисков на основе анализа больших данных, упрощение процедур их применения и отчетности, делегирование части аналитической работы централизованным подразделениям явились бы немаловажными факторами, которые могли бы способствовать снижению нагрузки на ДЛТО.
Таким образом, нормы ТК ЕАЭС, направленные на обеспечение эффективного таможенного контроля, защиты экономики и увеличение объемов торговли между странами, объективно создают значительную и многогранную нагрузку на ДЛТО. Управление этой нагрузкой требует системного подхода, выходящего за рамки самого Кодекса, включающего технологическое развитие, кадровую политику и оптимизацию внутренних процессов таможенных органов.
Основной пласт нормативного правового регулирования – акты федерального уровня: статья 37 Конституции Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020 г.) гарантирует право на отдых, что является основой для нормирования рабочего времени; Трудовой кодекс Российской Федерации от 30.12.2001 N 197-ФЗ (ред. от 31.07.2025) устанавливает ключевые гарантии для всех работников, включая ДЛТО: нормальная продолжительность рабочего времени (не более 40 часов в неделю, статья 91); учет рабочего времени (статья 91); право на отдых, выходные и праздничные дни (статьи 107, 111); регулирование сверхурочной работы, работы в ночное время, в выходные и праздники (статьи 96, 99, 113) с повышенной оплатой или компенсацией отгулом: ежегодный оплачиваемый отпуск (статья 115); режим рабочего времени и времени отдыха (статьи 100, 101 - важен для сменной работы на границе).
Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 30.12.2001 N 195-ФЗ (ред. от 31.07.2025) устанавливает административную ответственность должностных лиц за правонарушения в сфере таможенного дела (глава 16), что также является элементом нагрузки (риск ответственности).
Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ предусматривает уголовную ответственность за преступления против интересов государственной службы и в сфере экономики (например, статьи 194, 285, 286, 290), что также формирует высокий уровень ответственности и связанную с этим нагрузку.
Федеральный закон от 27.07.2004 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» регулирует труд гражданского персонала таможенных органов (бухгалтеры, кадровики, IT-специалисты и т.д.), чья нагрузка регулируется нормами Трудового кодекса РФ и данного закона (нормирование, отдых и т.д.).
Федеральный закон от 21.07.1997 № 114-ФЗ «О службе в таможенных органах Российской Федерации» (далее – Закон) является основополагающим документом, регулирующим правовые, организационные и социальные основы службы в ФТС России. Однако прямого и детального регулирования «нагрузки» на должностных лиц в Законе нет. Понятие «нагрузки» (рабочая загруженность, объем задач, интенсивность труда) выводится косвенно из совокупности норм, устанавливающих обязанности, требования, режим службы и гарантии.
Закон устанавливает (статья 17), что для каждой должности утверждается должностной регламент (инструкция), определяющий конкретные обязанности, права и ответственность. Именно в этих документах, разрабатываемых ФТС России, и кроется основной источник определения «нагрузки», в частности в Приказе ФТС России от 09.12.2019 N 1859 «Об утверждении Порядка разработки и утверждения должностной инструкции сотрудника таможенного органа Российской Федерации, представительства (представителя) таможенной службы Российской Федерации в иностранном государстве и учреждения, находящегося в ведении ФТС России». Нагрузка напрямую связана с квалификационными требованиями к должности (образование, стаж, знания, навыки). Чем выше требования, тем сложнее и, как правило, интенсивнее работа.
Статья 17 Закона закрепляет обязанность сотрудника добросовестно исполнять должностные обязанности, соблюдать установленные правила работы со служебной информацией, поддерживать уровень квалификации. Неисполнение этих обязанностей из-за чрезмерной нагрузки может стать источником конфликта.
Статья 34 Закона устанавливает, что для сотрудников действует 40-часовая рабочая неделя. Предусмотрена возможность служебной необходимости и чрезвычайных обстоятельств, при которых сотрудник может быть привлечен к службе сверх установленного времени, в выходные и праздничные дни. Это ключевой механизм, ведущий к повышенной нагрузке. Закон не устанавливает четких ограничений по частоте и продолжительности таких привлечений.
Компенсация за переработку (дополнительный отдых или денежная компенсация) предусмотрена, но порядок ее предоставления регулируется подзаконными актами ФТС России.
Статья 7 запрещает сотрудникам заниматься другой оплачиваемой деятельностью (кроме научной, преподавательской и творческой), что ограничивает возможности снятия финансового напряжения, вызванного высокой нагрузкой.
Статья 17 содержит широкий перечень общих обязанностей (соблюдать законы, приказы, хранить государственную тайну, беречь имущество, повышать квалификацию и т.д.), которые фактически увеличивают «неявную» нагрузку и ответственность сотрудника даже вне выполнения непосредственных оперативных задач.
Закон предусматривает гарантии (денежное довольствие, медицинское обеспечение, страхование, пенсионное обеспечение, жилищные гарантии). Достаточность этих гарантий напрямую влияет на восприятие нагрузки. Низкий уровень довольствия при высокой интенсивности и ответственности работы резко повышает субъективное ощущение перегрузки и ведет к оттоку кадров.
Гарантии обязательного государственного страхования (статья 42) и возмещения вреда (статья 43) важны, но не снижают повседневную операционную нагрузку.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей влечет дисциплинарную ответственность. Высокая нагрузка и связанные с ней ошибки или невозможность выполнить все задачи в срок могут формально стать основанием для взысканий, даже если причина в объективной перегруженности.
В процессе анализа норм Закона нами выявлены определенные пробелы и проблемы Закона в контексте нагрузки:
1. Отсутствие прямого регулирования: Закон не содержит понятия «нормирования труда» или «оптимальной нагрузки» для ДЛТО, отсутствуют механизмы оценки и контроля уровня загруженности ДЛТО.
2. Чрезмерная декларативность положений Закона: многие обязанности сформулированы слишком широко («добросовестно исполнять», «поддерживать уровень квалификации»), что позволяет руководству неограниченно расширять круг задач сотрудника в рамках должностного регламента.
3. «Серая зона» служебной необходимости: отсутствие четких критериев и ограничений по привлечению к работе сверх нормы создает почву для злоупотреблений и хронических переработок.
4. Неэффективность компенсаций: порядок предоставления отгулов или денежной компенсации за переработки часто бюрократизирован, а денежная компенсация может быть несоразмерна затраченным усилиям.
5. Отсутствие психологической составляющей: закон не учитывает психоэмоциональную нагрузку, связанную с постоянным контролем, принятием ответственных решений, работой с конфликтными ситуациями и давлением (в т.ч. коррупционным), характерными для таможни.
Из изложенного выше можно сделать вывод о том, что Закон создает правовую основу для возникновения и усугубления высокой нагрузки на должностных лиц таможенных органов, но не содержит эффективных механизмов для ее регулирования, нормирования и предотвращения негативных последствий. Фактическая нагрузка определяется ведомственными актами (должностными регламентами, приказами ФТС) и текущей оперативной обстановкой, а не защитными нормами закона.
Полагаем, есть основания для констатации отсутствия баланса в Законе: Закон акцентирован на обязанностях и ответственности сотрудника, но недостаточно обеспечивает гарантии защиты от чрезмерной эксплуатации его рабочего времени и сил. Закон также не учитывает современные реалии интенсивности труда, психоэмоциональных нагрузок и необходимости научно обоснованного нормирования.
Таким образом, анализ показывает, что проблема нагрузки на должностных лиц таможенных органов не решена на уровне базового закона и требует комплексных изменений как в самом законе, так и в подзаконном нормотворчестве и практике управления ФТС России.
С учетом изложенного, предлагаем рекомендации по возможным направлениям позитивных трансформаций нормативного правового регулирования нагрузки и порядка ее распределения на ДЛТО:
1. Внести в Закон понятие «нормирование труда» и предложить ФТС разрабатывать и утверждать нормы времени, объема работ для типовых должностей и операций.
2. Четко регламентировать применение служебной необходимости: установить предельное количество часов переработки в месяц/год, усилить гарантии обязательной компенсации (особенно отгулами).
3. Детализировать порядок оценки нагрузки и учета переработок.
4. Усилить социальные гарантии, особенно в части денежного довольствия и жилищного обеспечения, как компенсацию за высокую ответственность и напряженность службы.
5. Ввести в систему оценки эффективности службы показатели, связанные с уровнем загруженности персонала и текучестью кадров.
6. Развивать программы психологической поддержки сотрудников.
Следует отметить, что есть основания полагать, что Закон содержит ряд коррупциогенных факторов, выражающихся в широте дискреционных полномочий руководителя, позволяющих принимать решения о нагрузке ДЛТО «в пределах должностных обязанностей», также в том, что закон делегирует детали регулирования нагрузки подзаконным актам (например, приказам ФТС) ввиду наличия бланкетных норм, приводящих к принятию большого количества подзаконных актов.
Нагрузка на должностных лиц таможенных органов регулируется преимущественно подзаконными нормативными правовыми актами, издаваемыми Федеральной таможенной службой (ФТС) России, а также некоторыми актами Правительства РФ и других. Прямого единого документа, комплексно регулирующего нагрузку на ДЛТО, нет. Регулирование осуществляется через нормы, касающиеся:
1. Должностных обязанностей и регламентов. Такие нормы содержатся в Приказе ФТС России от 09.12.2019 N 1859 «Об утверждении Порядка разработки и утверждения должностной инструкции сотрудника таможенного органа Российской Федерации, представительства (представителя) таможенной службы Российской Федерации в иностранном государстве и учреждения, находящегося в ведении ФТС России». Это ключевой документ, устанавливающий структуру и содержание должностных инструкций, в котором конкретно определяются обязанности, задачи, функции, права и ответственность ДЛТО по каждой должности. Именно в должностном регламенте формализуется объем работы (нагрузка) для конкретной позиции. Начальник обязан знакомить сотрудника с регламентом при назначении.
ФТС издает множество приказов, инструкций и методических рекомендаций, регламентирующих конкретные направления деятельности (декларирование, валютный контроль, правоохранительная деятельность, ведение таможенной статистики и т.д.). Каждый такой документ де-факто добавляет обязанности и, следовательно, нагрузку сотрудникам соответствующих подразделений.
2. Рабочего времени, учета времени отдыха и переработок. Так, Приказ ФТС РФ от 18.09.2006 N 892 «Об утверждении Типовых правил внутреннего распорядка таможенных органов Российской Федерации» непосредственно регулирует вопросы переработок (основания, порядок привлечения, учет, формы компенсации – преимущественно отгулы). Он является основным документом для формального учета сверхурочной нагрузки. Этим же подзаконным актом устанавливаются правила учета фактически отработанного времени (включая переработки), что является основой для расчета компенсаций и анализа загруженности ДЛТО.
Хотя комплексного нормирования всех видов таможенной деятельности в виде четких нормативов времени на операцию часто нет, ФТС разрабатывает и утверждает ведомственные нормативы численности и штатные нормативы (для разных подразделений и уровней управления), которые косвенно влияют на нагрузку, определяя, сколько человек должны выполнять определенный объем работы; методики расчета трудоемкости отдельных процессов (часто внутренние документы, и не публикуемые), которые используются для обоснования штатной численности и анализа загрузки; плановые показатели и задания для региональных управлений, таможен и постов (утверждаются приказами и распоряжениями ФТС, региональных таможенных управлений). Прямо влияют на интенсивность работы и требуемый объем выработки (нагрузка по результату).
3. Организации деятельности и распределения функций: положения о структурных подразделениях центрального аппарата ФТС, утверждаемые приказами ФТС; типовые положения о таможнях и таможенных постах, утверждаемые приказами ФТС. Эти документы определяют задачи, функции, права и структуру подразделений, что напрямую влияет на распределение нагрузки внутри них; регламенты взаимодействия между подразделениями ФТС.
Следует отметить, что анализ указанных подзаконных актов показал, что, несмотря на обилие актов, системного регулирования нагрузки на ДЛТО нет. Главный регулятор – должностной регламент, который может быть изменен руководителем таможенного органа в одностороннем порядке, что приводит к пороку эффективности регулирования нагрузки на ДЛТО.
Приказ ФТС России № 822 от 20.08.2024 «Об утверждении примерного должностного регламента федерального государственного гражданского служащего таможенного органа Российской Федерации», утверждающий Примерный должностной регламент (ПДР) федерального государственного гражданского служащего таможенного органа, представляет собой значимый нормативный правовой акт в сфере таможенного права. Одной из его ключевых целей является систематизация и регламентация служебной деятельности, что непосредственно затрагивает проблематику оптимизации и регулирования рабочей нагрузки должностных лиц.
Анализ положений данного акта позволяет сделать выводы критического характера:
1. Абстрактность «примерного» характера: Эффективность регулирования нагрузки напрямую зависит от качества адаптации ПДР к конкретной должности в конкретном таможенном органе. Формальный подход к разработке индивидуальных регламентов сведет на нет заложенные в ПДР механизмы.
2. Отсутствие прямых методов нормирования: ПДР не содержит конкретных методик количественного нормирования времени на выполнение отдельных операций или функций, что затрудняет точную оценку и оптимизацию нагрузки на основе объективных данных.
3. Риск бюрократизации: детальная регламентация и требования к отчетности сами по себе могут стать источником дополнительной административной нагрузки, если не обеспечены эффективные инструменты автоматизации и разумный подход к их внедрению.
4. Учет динамики внешней среды: ПДР – статичный документ. Реалии таможенного регулирования (изменение законодательства, внешнеэкономической конъюнктуры, потоков товаров) требуют гибкости и оперативной корректировки как регламентов, так и распределения нагрузки, что в ПДР прямо не определено.
5. Психологический аспект: Хотя ПДР косвенно влияет на психологическую нагрузку, он не содержит прямых инструментов для мониторинга и управления стрессом, эмоциональным выгоранием.
Можно сделать вывод о том, Приказ ФТС России № 822 от 20.08.2024 представляет собой значимую попытку системного подхода к регулированию нагрузки должностных лиц таможенных органов через институционализацию должностного регламента. Заложенные в ПДР механизмы (конкретизация функций, структуризация процессов, регламентация взаимодействия, связь с планированием) способствуют устранению неопределенности, стандартизации и создании основы для объективной оценки, что является фундаментом для рационального распределения нагрузки на ДЛТО.
Однако эффективность этих механизмов в регулировании нагрузки не является автоматической. Она критически зависит от таких факторов как качество локализации Примерного регламента в конкретные должностные инструкции с учетом реальных условий работы подразделения; дополнения положений ПДР адаптивными методиками нормирования труда и управления ресурсами; внедрения современных ИТ-систем для автоматизации рутинных операций, планирования, отчетности, снижающих административную нагрузку от самих механизмов контроля; развития управленческой культуры, ориентированной на регулярный мониторинг и обратную связь по уровню и характеру нагрузки сотрудников, включая ее психологическую составляющую. Следует согласиться с мнением о том, что повышение уровня использования технологий искусственного интеллекта в полной мере согласуется со стратегическими направлениями развития ФТС России. [3, С. 43]
Таким образом, ПДР, утвержденный Приказом № 822, создает необходимую нормативно-организационную базу для регулирования нагрузки, но ее практическая реализация и достижение эффекта снижения перегрузки требуют комплексного подхода, выходящего за рамки самого документа, включая методическое, технологическое и кадровое обеспечение процессов управления персоналом в таможенных органах. Научная ценность ПДР заключается в систематизации подходов, а его практическая эффективность в регулировании нагрузки будет определяться качеством имплементации на уровне отдельных таможенных органов.
Основными документами, непосредственно регламентирующими повседневную нагрузку и организацию работы, являются Приказы ФТС России.
Должностные регламенты (инструкции) утверждаются приказами ФТС для каждой должности. Они четко определяют конкретные должностные обязанности, права и ответственность сотрудника. Это главный документ, определяющий функциональную нагрузку на ДЛТО.
Административные регламенты детально определяют процедуры выполнения таможенных операций (декларирование, выпуск товаров, таможенный контроль и др.), устанавливают сроки выполнения операций, распределение функций между отделами и должностными лицами, напрямую влияют на операционную нагрузку ДЛТО и временные затраты.
Приказы об организации работы регламентируют режим работы таможенных постов, ОТОиТК (сменность, графики); порядок организации и планирования работы (распределение потока деклараций, товаров; организация контроля); порядок привлечения к службе сверх установленного времени, в ночное время, выходные и праздничные дни (в соответствии с ФЗ №114-ФЗ), а также порядок предоставления дополнительного времени отдыха; порядок ведения учета рабочего времени.
Приказы о нормировании труда могут устанавливать нормы времени на выполнение отдельных типовых операций (например, на первичный документальный контроль декларации, на осмотр товаров), нормы обслуживания (например, количество деклараций или транспортных средств, которые должностное лицо должно обработать за смену/период). Являются ключевым инструментом для оценки и планирования нагрузки.
Приказы об организации контроля и отчетности определяют виды и периодичность отчетности, которую должны готовить должностные лица, что также формирует нагрузку.
На уровне региональных таможенных управлений (далее – РТУ) и таможен распоряжения, приказы начальников РТУ и таможен конкретизируют положения приказов ФТС России применительно к местным условиям, утверждают графики сменности; распределяют обязанности между конкретными отделами и должностными лицами; организуют работу с учетом местной специфики (интенсивность потока, особенности инфраструктуры), устанавливают внутренние процедуры и распределение задач.
Вывод:
Нагрузка на должностных лиц таможенных органов регулируется многоуровневой системой нормативных актов, начиная от Конституции и Трудового Кодекса РФ, через специальный закон о службе в таможенных органах (ФЗ №114-ФЗ), и заканчивая детальными ведомственными приказами ФТС России (должностные регламенты, административные регламенты, приказы по организации работы, нормированию). Ключевая специфика по сравнению с обычными работниками – регулирование рабочего времени и компенсаций за работу во внеурочное время по ФЗ №114-ФЗ (компенсация отдыхом, а не деньгами). Основным инструментом управления и оценки нагрузки на уровне конкретного рабочего места являются должностные регламенты, административные регламенты и нормы труда, утверждаемые ФТС России. Постоянные изменения в объеме задач и технологиях требуют регулярной актуализации этих документов.
Исходя из изложенного, следует сделать вывод о том, что при наличии нормативного правового механизма регулирования нагрузки на ДЛТО, ее упрощения с помощью автоматизации, внедрения системы управления рисками, отсутствует механизм распределения нагрузки на ДЛТО в пределах таможенного органа, отдела, службы. Фактическое распределение нагрузки, находясь в ведении руководителей подразделений ФТС, осуществляется на основании их внутреннего убеждения при отсутствии объективных критериев загруженности ДЛТО, что, бесспорно, является коррупциогенным фактором и требует законодательного закрепления.
СПИСОК ИСТОЧНИКОВ И ЛИТЕРАТУРЫ:
1. Бабахина К.О., Васюкова Н.С., Радкевич С.И. Повышение эффективности деятельности таможенных органов на основе применения информационных технологий // Международный журнал гуманитарных и естественных наук. 2023. № 5-1 (80). С. 191-193.
2. Жуков Д.Б. Автоматизация деятельности таможенных органов при реализации перспективной модели совершения таможенных операций // Вестник Российской таможенной академии. 2023. № 3 (64). С. 35-47.
3. Мешечкина Р.П., Ворона А.А., Воронова О.Н. Совершенствование таможенного контроля после выпуска товаров на основе цифровых технологий // Вестник Российской таможенной академии. 2022. № 3 (60). С. 34-44.
4. Скиба В.Ю., Позднякова К.Е. Современные автоматизированные информационные системы для совершения таможенных операций без участия должностных лиц таможенных органов // Вестник Российской таможенной академии. 2022. № 2 (59). С. 19-33.
5. Трубицын К.В., Калмыкова О.Ю. Совершенствование методов адаптации и обучения должностных лиц таможенных органов в условиях трансформации таможенного администрирования // Управление персоналом и интеллектуальными ресурсами в России. 2024. № 5. С. 58-67.
REFERENCES:
1. Babakhina K.O., Vasyukova N.S., Radkevich S.I. Improving the efficiency of customs authorities through the use of information technologies // International Journal of Humanities and Natural Sciences. 2023. No. 5-1 (80). Pp. 191-193.
2. Zhukov D.B. Automation of customs authorities’ activities in the implementation of a promising model for customs operations // Bulletin of the Russian Customs Academy. 2023. No. 3 (64). Pp. 35-47.
3. Meshechkina R.P., Vorona A.A., Voronova O.N. Improving customs control after the release of goods based on digital technologies // Bulletin of the Russian Customs Academy. 2022. No. 3 (60). Pp. 34-44.
4. Skiba V.Yu., Pozdnyakova K.E. Modern automated information systems for carrying out customs operations without the participation of customs officials // Bulletin of the Russian Customs Academy. 2022. No. 2 (59). Pp. 19-33.
5. Trubitsyn K.V., Kalmykova O.Yu. Improving the methods of adaptation and training of customs officials in the context of customs administration transformation // Personnel and intellectual resources management in Russia. 2024. No. 5. Pp. 58-67.
|
Губенко Ирина Артёмовна |
|
Gubenko Irina Artemovna |